Эпилог

— Боже, мама, как я скучала! — тараторила я, крепко-крепко прижимая к себе самого родного человека на всей планете, которого так мне не хватало все это время. — Я так тебя люблю!..

Маргарет растерянно обняла меня в ответ, и я вдруг неожиданно осознала, в чем действительно нуждалась все это время: в настоящей материнской любви и заботе, которых никогда не будет достаточно.

— Ой, солнышко, — тепло усмехнулась мне та, поцеловав мою макушку, — я тебя тоже очень люблю...

Сейчас я хотела стать маленьким ребенком и прожить свою жизнь заново. Только не так, как раньше. Нет. Я буду дышать полной грудью. Жить на полную катушку, искренне наслаждаясь каждым моментом, проведенным с любимой семьей.

— Маргарет, где мои ключи? — послышался до боли родной голос. — Я точно помню, что положил их именно сюда...

Счастливая улыбка коснулась моих уст. Не желая скрывать нахлынувшие чувства, я кинулась в объятия вошедшего мужчины и повисла у него на шее.

— Папочка!.. — просияла я.

— Лорен, тебе и Керри я уже давал на этой неделе карманные деньги! Можешь не рассчитывать на большее.

Задорно ухмыльнувшись, я ничего не сказала в ответ, лишь только сильнее обняла и радостно чмокнула колючую щеку. Потерев щетину, отец посмотрел на не менее удивленную мать и спросил громким шепотом:

— Что это с ней?

Пожав плечами, мама улыбнулась мне в ответ, радуясь теплой семейной идиллии.

— Пап, мам! — послышался голосок моей старшей сестры. — Я сегодня вечером иду в гости к однокласснице...

Керри не успела договорить, как я ринулась к ней и чуть не задушила в объятиях.

— Кер! Какое счастье!.. Ты жива, здорова...

Брезгливо фыркнув, девушка протянула:

 — Сестренка, скажи мне, только честно, что ты курила?

Наверное, никто так и не смог понять на самом деле, что я чувствовала тогда. Потерять всех своих родных и остаться полной сиротой — это не просто больно. Это ужасно. В какой-то миг у меня отняли самых близких мне людей. Трудно передать, что творилось в душе, когда вот они все — мама, папа и старшая сестра — рядом со мной. Самое главное — живы и невредимы. Словно и вовсе не было того кошмара, который послужил мне хорошим жизненным уроком, из которого следует, что не стоит стремиться все кардинально менять: ведь вот оно, счастье, — когда любимая семья вместе с тобой. И не нужны мне больше никакие «новые дни новой жизни» и «новый чистый лист», не нужны никакие перемены. Я хочу оставить все как есть, начиная от своего блеклого каштанового цвета волос, заканчивая простой и прежней лондонской жизнью.