Глава 10

Последний вдох...

 

 

«Смысл не в том, чтобы стать бесстрашным.
Это невозможно. Смысл в том, чтобы научиться
контролировать свой страх и стать свободным от него».

Вероника Рот
Дивергент

Лорен

Время тянулось, а я все не могла понять, что же сделала неправильно? Вроде жизнь-то новая, а заботы все те же. Наверное, стоит забыть свои проблемы, которые когда-то волновали меня, и постараться жить дальше. Ведь это мой новый, совершенно чистый лист, где нет родителей, сестры, старой школы и друзей; Лондона, и Николаса тоже нет, и уже никогда не будет. Следует соблюдать новые жизненные принципы: не принимать все близко к сердцу и иногда смотреть на мир сквозь розовые очки. Самое страшное уже позади, нужно научиться с этим жить. Казалось бы, всего-то… Но как больно от одного осознания, что их нужно отпустить!

Все воспоминания, мысли... Я хочу от них отказаться. Это тяжелый груз, который я тяну на своих хрупких плечах. Стоит с этим покончить. Если нет? — какой  есть выход из замкнутого круга? От жизни нужно получать наслаждение, а не существовать, боясь своих мыслей о плохих временах.

Все мои близкие умерли, все, кого я любила, покинули меня. Никого не осталось... Хватит, Лорен, прекрати себя жалеть! Это делает тебя беспомощной.

Почему я должна сдаваться?

Моя новая жизнь... Она не содержит в себе только изменение внешности. Следует копнуть глубже. Я готова к переменам.

Когда часы показали половину девятого, я начала собираться, чтобы не опоздать. Что мне даст эта встреча, я не знала... Но все же верила, что это будет хорошим толчком в нужную сторону.

Надев платье, выбранное Саммерс, и изящные бархатные туфли на высокой тоненькой шпильке, я в очередной раз залюбовалась своим отражением в зеркале. Наряд был действительно неподражаемый и отлично шел мне, полностью облегая фигуру и подчеркивая все достоинства. Глубокое декольте и короткая юбка придавали образу сексуальности и шарма, так что я волновалась, что платье слишком открытое. В конце концов, это же клуб.

Захватив кожанку и маленькую дамскую сумочку, которая шла в комплекте к платью,  в последний раз посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна. Я радостно застучала каблучками, спускаясь на первый этаж по лестнице. Внезапно сердитый голос крестной остановил меня.

— Лорен, куда это ты намылилась?

— Э-э...

— Да еще в таком виде?

Осмотрев меня с ног до головы, Ненси испуганно охнула и схватилась рукой за сердце:

— Боже мой, малое дитя, что у тебя на голове?

Я уже была готова открыть рот и что-то сказать в свое оправдание, как та меня перебила:

— Только не говори, что ты покрасила волосы! Нет-нет-нет, не хочу ничего слышать...

— Прости, Ненси, но это так!

— Но зачем, Лорен?

— Помнишь, я обещала что изменюсь? — с надеждой, что она меня поймет, спросила я и, услышав положительный ответ, продолжила: — Вот это и есть мой первый шаг...

— Боже мой, ребенок, — принялась причитать она. — Я же не это имела в виду, дорогая.

— Я прекрасно знаю, что именно ты имела в виду. Это первый шаг к моему преображению.

— Ты что, собираешься еще и пирсинг сделать, и ужасные татуировки? А потом вообще станешь готом или эмо?

— Нет, что ты! Просто слегка изменила свой внешний вид.

— Все, я звоню твоему психологу...

— Ненси!

— Марш в свою комнату!

— Нет! Я твердо знаю, чего хочу. Вот увидишь, я стану совсем другим человеком. Завтра ты меня не узнаешь...

Почему она мне не верит? Ведь мне нужна ее поддержка. Ну нет уж, так просто я не сдамся!

— Этого я и боюсь.

— Да не про это я, Ненси!

Я посмотрела на часовую стрелку на циферблате.

— Давай отложим разговор на завтра, хорошо?

— Нет, Лорен, ты никуда не пойдешь!

Я готова была топнуть ногой, как капризный ребенок, которому не купили приглянувшуюся игрушку.

— Ты меня не остановишь!

Не желая больше слушать запретов, я повернулась в сторону входной двери.

— Нет! Стой, Лорен! Я запрещаю! Ты меня слышишь!? Куда ты собралась!? Посмотри, который час! Уже поздно! — доносились до меня крики крестной, но я была далеко.

Глупо было отступать после того пути, который я проделала. И я надеялась, что выбрала правильное решение. Темнота на улице вызывала небольшие сомнения, но я отгоняла их прочь.

Заправив непослушную прядь волос, я остановилась и перевела дыхание. Проулок, где находился клуб, я примерно знала, но сама ни разу не была там. Ноги подкашивались из-за высоких шпилек.

Я прошла пару кварталов, повернула направо и очутилась в центральном парке, где впервые побывала с Алексом, как только прибыла в Браун... Где состоялась наша первая случайная встреча с Николасом. Аллея, по которой мы бродили, когда после вечеринки у Сэма парень провожал меня домой. И все это словно было не со мной. Еще до смерти родителей...

Я достала плеер и надела наушники, включив знакомую песню, которую мы вместе любили слушать на переменах:

Oh baby don’t you know I suffer?
Oh baby can you hear me moan?
You caught me under false pretenses
How long before you let me go?

Ветер бил в лицо,  словно сдувая с меня прошлое, от которого мне никак не отказаться. Мои требования к себе невыполнимы.

Песня сменилась, и я слышу столь знакомый мотив:

I’m just left alone to cry.

Больно осознавать, но это так: я одна, совсем одна. В этом темном парке, ночью. Я бросила взгляд на экран мобильного. Два часа пролетели незаметно, и я опоздала. Пару непринятых звонков от Ненси, Алекса и Эммы. Все волновались, где же я. Только не он...

Не звонит, не пишет...

Можно подумать, что я ему вовсе безразлична, и он давно меня забыл. Почему же сердце отказывалось в это верить?

You caused my heart to bleed and
You still owe me a reason
I can’t figure out why...

Где же я? Не знаю.

Я потерялась... Не в прямом смысле этого слова.

Ветер подул сильнее, срывая со старого дуба несколько зеленых листьев и кружа их в танце, и я грустно усмехнулась: вот тебе и «новый день».

Вдруг незнакомый кот возник в поле моего зрения. Удивительный окрас его шерсти заставил меня восхищенно умилиться: мордочка, кончики ушей и хвоста — белые, а сам он — весь в черно-рыжих полосках, как настоящий тигр. Подавшись вперед, я была готова протянуть руку и погладить его, но, вспомнив леденящие душу истории, поведанные Эммой Саммерс, тотчас отпрянула в сторону. Это мог быть необычный кот. Уже за полночь, значит, так и есть.

Это не Николас и не Эмма.

Я решила не подавать виду. Руки дрожали, ладони  вспотели. Развернувшись на девяносто градусов, я зашагала вдоль аллеи, стараясь не оборачиваться. Выключив музыку, я стала прислушиваться: а что если кот преследует меня? Сделав пару робких шагов, я, не сдержавшись, инстинктивно повернула  голову. Животное не отставало и брело точно по моим следам.  Я бросилась наутек, высокая шпилька попадала в щербинки на асфальте, и вскоре каблук сломался. Времени было в обрез. Кот остановился, внимательно наблюдая за мной. Сбросив туфли, я схватила их онемевшими пальцами и рванула вперед. Через несколько секунд бега тоненькие колготки на ступнях превратились в лохмотья. Ноги замерзли, покрылись грязью и царапинами, но я старалась не останавливаться. Больше всего я  хотела оторваться от преследователя.

Впереди тьма. Кот бесшумно мчался следом. Слышно, как шумят кроны  деревьев от порывов сильного ветра. Меня всю передернуло от холода и ужаса. Полная луна сопровождала в темную бездну ночи. Неожиданно босые ноги перестали чувствовать асфальт. Аллея закончилась, и спрятаться было негде. Не оборачиваясь и не задумываясь о последствиях, я свернула в черный лес.

Может, этот «тигр» всего-то бездомный кот, но я не сомневалась, что ему нужна я. Он хочет заполучить мою душу. Не даст мне скрыться. Будет преследовать, пока не возьмет то, чего так сильно желает. Эти мысли заставляли бежать быстрее. Обхитрив меня, кот ловко заскочил на ближайшую сосну. Боковым зрением я уловила, как хищник, словно белка, перескакивает с сосны на сосну, с ветки на ветку, мчась вровень со мной.

По обе стороны мелькали деревья. Ветви рвали на мне одежду и оставляли глубокие царапины на теле. Но я боролась. Бежала вслепую. Я не остановлюсь, хотя уже не верила в то, что когда-нибудь выберусь живой из леса.