Глава 4


— Какие планы на день? — усмехнулась я Тернеру, когда тот наконец-то выполз из спальни.

Стоит признать, сын моей крестной — такой соня.
— Что прикажете, мадемуазель? 
— Боже мой, Алекс! — послышался  разочарованный голос Ненси со второго этажа. — Ты же тут сто лет не убирался. 
Я невольно расхохоталась и пожелала удачи зеленоглазому парнишке. Тот лишь с досадой опустил плечи, продолжая слушать сварливые вопли крестной.
— Нет, вы только посмотрите, какой у моего сына бардак в комнате. И кому-то сказать, что уже взрослый мальчик. Ты вообще заходил в комнату Лорен? Там идеальный порядок: ни одной пылинки, чистенько, вещи сложены, и все находится на своих местах. 
— Мам, ну она же девочка! — простонал тот в ответ.
— Ну и что? Марш убираться! Живо!
— Иду... — заныл Алекс, поднимаясь по лестнице.
— И чтобы когда  я пришла  из магазина,  тут  было  все  чисто! — строго приказала Ненси. 
 Типичный день браунской семьи. 
Но мои размышления оборвал протяжный звонок в дверь. И кого это только принесло в такую рань, да еще в праздничный день?
— Я открою! – бросила я крестной и, неохотно подойдя к двери, заглянула в дверной глазок.
Радостно подскочив на месте, я еле сдержалась от того, чтобы не завизжать на весь дом и захлопать в ладоши от счастья. Стараясь унять сбитое прерывистое дыхание, я посмотрела на свое отражение в зеркале. Удостоверившись, что с прической все в порядке, не скрывая радости, я отворила входную дверь и застыла на месте как вкопанная. Сегодня Питерсон был особенно красив в темно-синей майке, обтягивающей его идеальную фигуру. 
— Доброе утро, Лорен!
Что нужно сделать, чтобы каждое утро слышать всего два простых слова «доброе утро» из его уст?
— Привет, Николас! — растерянно поздоровалась я, прислонившись к дверному косяку. — И к чему столь ранний визит в праздничный день?
Ой! Наверное, это прозвучало слишком грубо...
— Прости, но разве сегодня какой-то праздник? — замешкался он на крыльце.
— Да, День Благодарения.
Привычная фирменная ухмылочка появилась на его лице. 
— Не хочу тебя обидеть, Лорен, но мы не канадцы.
— Мы тоже, но вот зато мой отец...
При упоминании о своей семье, которая находилась далеко, и мысли, что придется отметить праздник вдали от родни, на душе стало как-то неспокойно.
— Да и Тернеры очень любят этот праздник, — привела я стоящий аргумент. – Видимо, моя семья заразила их какой-то странной болезнью — любовью к этому дню.
— Все может быть. Ну, раз сегодня ты занята, то извини. Мне, наверное, следовало позвонить. Погуляем как-нибудь в другой раз. Удачно вам отпраздновать ваш День Благодарения, канадцы.
На этой ноте Николас еще шире улыбнулся и, развернувшись, уже готов был уйти, как я, сама того не ожидая, непроизвольно остановила его. Мне не хотелось отпускать его. 
«Ну уж нет, так просто ты от меня не отделаешься!» — подумала я, размышляя над своим коварным планом, который в ту же секунду обрисовался в самых мелких деталях у меня в голове.
— Стой, подожди, Николас! — крикнула я ему вслед. — Заходи, коль пришел. 
Питерсон остановился и подозрительно окинул меня взглядом. Взвесив все «за» и «против», Николас наконец-то решился и переступил порог особняка Тернеров.
— Ты умеешь готовить? — с надеждой спросила я, когда мы добрались до кухни.
— Лорен, меня лучше не оставлять наедине с плитой, могу вам и дом случайно сжечь, — продолжал шутить тот, озорно поглядывая на меня. 
Сегодня у Николаса было особенно хорошее настроение. 
— И не надейся, Питерсон!  Я ни за что на свете не поз­волю сжечь любимую кухню Ненси, так как меня и тебя мигом отсюда вышвырнут, — старалась я поддержать его настрой. — Иначе мне придется жить у тебя.
— А что, это неплохая идея! Cожжем дом твоей крестной дотла, — подмигнул тот. 
— Очень смешно. Давай, ступай на кухню, юный повар, буду учить тебя готовить!
Алекс был занят уборкой в своей комнате наверху, Ненси ушла в магазин за продуктами, ну а мы с Питерсоном остались на кухне, пытаясь приготовить что-нибудь съедобное. Я вызвалась нарезать овощи для салата, а Николас принялся мне помогать. Было смешно наблюдать, как Саммерс из крутого парня превратился в милого домашнего мальчика, который послушно выполняет поручения.
— Ты все неправильно делаешь! — не выдержала я и выхватила картофелину из его рук. — Так ты счистишь не только кожуру, но и половину клубня, да так, что в итоге он станет не круглым, а непонятной треугольной формы.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить