Глава 5


Тонкие нити солнечных лучей прошили темную ткань занавески. Лорен все еще спала у меня на груди. Эта ситуация меня крайне радовала. Обнимая девушку за плечи, я зачарованно любовался ее красотой при раннем утреннем свете, не смея тревожить. А в голове зарождалось новое творчество. Жаль, что под рукой не оказалось моей тетради, чтобы записать рифмующиеся мысли на листок. 
Белоснежная гладкая кожа еле заметно переливалась от лучиков солнца, скользящих по ее очаровательному лику. Опущенные длинные реснички слегка подрагивали, как трепетные крылья бабочки, пытаясь спрятаться от яркого света и досмотреть свой сон.  На россыпи каштановых волос затеяли игру неугомонные солнечные зайчики. Я умилился такому моменту, и чувст­во нежности окутало мое холодное сердце.
Внезапно Лорен распахнула свои огромные карие глаза.
— Доброе утро, спящая красавица, — усмехнулся я.
— Это слишком, чтобы быть реальностью... 
— Неужели ты, правда, так думаешь? 
Девушка напряглась, сдвинув свои аккуратно выщипанные тоненькие бровки. 
— Прости, я... — замялась она, не находя правильного ответа. — Ты ведь даже представить не можешь, о чем я...
— Нет, Лорен, ты ошибаешься.
— Николас, зачем ты вообще меня слушал? — повысила она голос. — Не нужно было оставаться... Тебя же ждет дома Эмма...
— При чем тут Эмма?  Я остался с тобой не потому, что ты меня попросила. Если ты думаешь, что из-за жалости, то ошибаешься...
Запнувшись, я задумался над сказанной фразой. Ведь я чуть не признался ей в своих чувствах, когда должен был вовсе прекратить наше общение, а не давать ей надежду.
— Боже, боже, боже... Что я наделала? Какая же я дура...  
— Мне кажется, что ты просто себя недооцениваешь.
— Ах, Николас, если бы ты знал, как я хочу тебе все рассказать! — пожаловалась она. — Все то, что уже больше месяца не дает мне покоя. Все, что накопилось во мне...
— Тише, Лорен, ты даже представить не можешь, как я тебя понимаю, — искренне признался я и притянул девушку к себе.
Та не стала отстраняться, лишь прильнула еще ближе.
— Прости, что из меня получился такой фальшивый друг... 
— Лорен, что ты! Ты самый замечательный друг, которого я только знал за всю свою жизнь... Точнее, ты — мой единственный друг.
— Вот именно, всего лишь друг... 
Я понял, что она хочет до меня донести, но не может сказать вслух. Ей этого мало. Я не принадлежу целиком ей, как она не принадлежит мне. Мы всего лишь друзья, на миг поддавшиеся соблазну, позволившие себе  просто заснуть в одной постели, чтобы вместе встретить рассвет... И все. Но нас определенно это не устраивало, хоть изменить что-либо было невозможно. 
— Больше, чем друг. 
Наплевав на все внутренние протесты, я не мог сейчас не утешить ее, когда она нуждалась в этих словах так же сильно, как и я сам.
Прошло еще несколько мгновений, но никто из нас так и не решился нарушить тишину. Внезапно она приподняла голову и нерешительно посмотрела на меня. Ее глаза задержались на моих слегка приоткрытых устах, да так, что я смог заметить ее внутреннюю борьбу с собой. Затем ее взгляд с опаской встретился с моим, и я вновь услышал скачущее галопом сердечко. И снова эта сладкая нескончаемая пытка. Как же я боялся навредить ей!
— Как это возможно? — с особым интересом спросила Лорен. — Еще вчера ты был...
— Сварливым и старым дядькой.
— Ты со временем, когда окончательно высохнешь, принимаешь свой прежний облик? — выдвинула она сомнительную теорию.
— Лорен, это не так просто, как ты думаешь.
— Тогда я вообще ничего не понимаю... — выжидающе посмотрела она на меня, всем видом демонстрируя, что все еще ждет ответ. — Расскажи мне, ты обещал.
— Я боюсь еще больше напугать тебя.
— Я должна знать правду! — решительно стояла та на своем. — Ты вампир?
Я усмехнулся:
— Видимо, ты пересмотрела «Сумерки».
— Зомби... 
— И не ври, что не сумасшедшая фанатка фильма «Тепло наших тел», —  не сдавался я.
— Ну, не знаю, черепашка Ниндзя, что ли?
— Ах, Лорен, Лорен, любила ты в детстве смотреть мультики, — промурлыкал я, не находя в себе сил признаться.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить